UCRAINA ED EUROPA: IL CONNUBIO DELLA PAURA

Почему Украине и Европе сейчас невыносимо страшно

Им всем сейчас очень страшно. Страшно всему западному сообществу ожиревших моральных кастратов. Впервые после стольких лет безнаказанности, геноцида, убийств, пыток, растления и извращения всего, что свято для любого нормального человека, они столкнулись с настоящей силой. Не денег, а духа. Впервые им стало понятно, что остальной мир разоблачил их, «голых королей», потерявших единственное, что у них было – имидж. Впервые они мучительно начинают осознавать, что навязанные ими ложные ориентиры отторгаются, а остальной мир сплачивается не вокруг геев и Шарли, а вокруг настоящих духовных ценностей. И от этого не по себе всем: и в Белом доме, и в самом захудалом польском Сейме. Они наконец поняли, что теперь есть те, кто отомстит им за жирафа Мариуса. В том числе. Страшно и тем, кто у власти, и рядовым украинцам. Их наглые рожы покрываются липким потом всех, кто так или иначе своей позицией причастен к гибели мирных людей. А причастен каждый, кто хотя бы раз сказал «Слава Украине!» Именно с этим девизом сжигали людей в Одессе, бросали бомбы на Луганск, расстреливали градами Донецк. На них смотрят сейчас мертвые глаза Инны Кукурузы, убитой в Луганске, Ирины Яковенко, задушенной в Одессе, маленького Артема и его мамы, расстрелянных в Славянске. На них сейчас смотрит слепыми глазками донецкий мальчик Ваня… И под этими взглядами им всем очень неуютно. Потому что даже самого себя нельзя обманывать бесконечно.  И знаете, на что они надеются? На то, что русские великодушны и простят. Да, русские великодушны. Но им придется иметь дело не с русскими, а с украинцами. С теми, кто сейчас молча сжимает зубы, проходя мимо всех этих ящиков сбора денег для АТО, сине-желтых заборов, людей с шевронами ПС, и старается отвести глаза, чтобы в них не смогли прочесть ненависть. Но прощения нет и не будет.  За все эти долгие месяцы вынужденного унизительного бессилия.  Страшно сейчас всем украинским солдатам в окопах под холодным донецким небом. Чужим небом.  И вообще никто не придет их спасать. Ни брезгливая Европа, ни прагматичная Америка. Ни Порошенко, ни Турчинов, ни Яценюк.   И только в Тернополе и Луцке, Виннице и Полтаве заплачут матери. Потому что кому мы на самом деле по-настоящему нужны, кроме наших матерей? И сейчас солдатам в окопах снятся вереницы пустых холодных могил, упирающихся в горизонт  единственного, о чем действительно позаботилась новая власть. И каждый из них, умирая, задаст себе, наконец, самый главный вопрос: «Стоило ли ради эфемерных идей убивать и умирать?».

Yulia Shesternikova